Люк Бессон

Массовый французский кинематограф последней четверти XX века рисковал так и остаться одиноким блондином в разных ботинках, Фантомасом–жандармом из Сан-Тропе, профессионалом, покидающим сцену под грустную музыку Эннио Морриконе, если бы не весьма предприимчивый молодой человек, до 17 лет кормивший дельфинов где-то на побережье то ли Греции, то ли бывшей Югославии. Юноша обладал тремя важнейшими для кино талантами: он смог быть одновременно сценаристом, режиссером и продюсером, — и предложил принципиально новую модель массового французского кинематографа, пригодную и для всего европейского.

Целлофановые монстры

Наверное, хорошо, что Люк Бессон не стал океанологом или ихтиологом, и после нескольких лет поисков сферы собственного применения в Голливуде и во французской армии обнаружил себя рядом с профессиональным режиссером в качестве его ассистента. Умение слышать, видеть и работать с камерой, а также богатое воображение, подпитанное экзотическими картинками из детства, — все это пригодилось Бессону на пути из помощников режиссера в режиссеры.

В первых же картинах 1980-х гг. (где Бессон выступил и как режиссер, и как сценарист, и как продюсер собственной студии “Les films du loup”) «Предпоследний» (1981) и «Последняя битва» (1983) Люк заявил о себе как о явном претенденте на звание ну очень авангардного и в целом арт-хаузного режиссера. В этом ему всячески помогал Жан Рено, мужественное воплощение новой эры французского синематографа. В мире, где отсутствие оригинальности является самым страшным недостатком, Бессон максимально быстро сориентировался и, подменив концептуальность бессловесностью, динамичностью действия, смесью всех возможных музыкальных стилей и одеждой из целлофана a la Пако Рабан, вышел спасать мир от скуки и тоски повседневности.

Впрочем, спас ли мир Бессон или нет — доподлинно неизвестно, но два приза на местном кинофестивале Аворзиана за лучшую фантастическую ленту сценарист и режиссер получил точно. И тут же принялся за постановку новой панк-глэм-рок-фанк фантасмагории.

Асса!

Вот уже двадцать пять лет хорошим тоном у критиков считается хвалить третий по счету фильм Люка Бессонна – «Подземка». Обычно они отмечают умный сценарий, независимый и свободный; еще смесь мелодрамы и фарса; легкий абсурд, понятный любому зрителю; и детальное изображение андеграундной культуры Парижа fin de siecle.

Действительно, атмосфера, язык и музыка «Подземки» (1985), смешные, грустные и, конечно, немножко сумасшедшие персонажи, среди которых нет второстепенных, эстетика подземелья, — все это достойно зрительского внимания даже двадцать пять лет спустя.

Многие французские режиссеры «Второй волны», безусловно, легко могли переплюнуть Бессона и в оригинальности сценария, и в степени его арт-хаузности. Однако речь идет о становлении в лице одной студии и одного сценариста-режиссера-продюсера нового массового кино. То, что было недооформлено в первых фантастических картинах, в «Подземке» обрело вес и форму. У Люка Бессона появился свой режиссерский почерк. И свой актерский состав. И своя тенденция к смешению жанров и стилей для получения должного результата — слезы сочувствия и толики гонорара.

Между волком и дельфином

После «Подземки», а также продюсирования двух поистине «скоростных» картин Бессон решил переименовать свою студию из «Фильмов волка» в «Фильмы дельфина». Если бы речь шла о Пикассо, это изменение было бы сродни переходу от розового периода к голубому. Люк Бессон же всего-навсего отложил щит и меч, а также целлофановое знамя анархии, и взялся за трогательную ленту с сюжетом «из детства».

Здесь понадобились его знания морского мира, полученные в отроческом возрасте от родителей, профессиональных инструкторов по дайвингу. Фильм о море и о соперничестве двух ныряльщиков — «Голубая бездна» (1988) — получил самые настоящие призы на самых настоящих кинофестивалях («Сезар», например) и выдвинул Бессона из сонма молодых подающих надежду режиссеров на уровень молодых мэтров.

Для Бессона успех «Голубой бездны» стал открытием: оказалось, что не нужно усердствовать с насилием и заумью на экране, чтобы вызвать бурю эмоций и покорить не одно сердце. Отныне он будет щедро смешивать жанры, приправлять боевики изрядной долей сантиментов, играть на грани фола и нокдауна на простых человеческих чувствах.

Ищите женщину

Хотя голубой подводный мир и романтика вечного путешественника Жан-Жака Кусто оказались в глазах режиссера достойными более чем одной картины (в продолжение темы Люк Бессон снял документальный фильм «Атлантида»), долго на морской теме режиссер решил не задерживаться.

Неугомонный искатель приключений придумал идею и сценарий к фильму, который в одночасье стал культовым произведением кинематографа. Речь идет о картине «Никита» (1990). Кажется, каждая нация посчитала за необходимость сразу после выхода французской «Никиты» снять свою версию фильма, так что число ремейков и телесериалов типа «Ее звали Никита» сейчас уже достигает ощутимого множества. Секрет успеха картины лежит на поверхности: обостренное чувство справедливости среднего жителя планеты, красота хрупкой убийцы и игра с «базовыми ценностями» (жизнь, смерть, любовь, молодость…) всегда наднациональны.

Кстати, у каждой «своей» версии сценаристом или продюсером так или иначе выступил Люк Бессон, чем авторские права не нарушил, а благосостояние упрочил. Заодно и критики с замиранием сердца выставили высшие баллы Никите, расхаживающей с огнестрельным оружием по городам и селам в ожидании нового задания по уничтожению очередного закоренелого злодея. В «Никите» Бессон снова занялся спасением мира, хотя и в несколько нетрадиционной форме.

Правда, в следующей картине нетрадиционность средств мирового спасения усугубилась. В этом Люку помогли бессменный Жан Рено и еще пока никому не известная, но уже гениальная, Натали Портман.

И стакан парного молока

«Леон», выпущенный в 1994 году, стал шестым по счету фильмом Люка Бессона, одним из лучших фильмов всех времен и народов в рейтинге «Топ 50» по версии IMDb и первым франко-американским проектом режиссера. Потому снимался он не в любимом Париже, и не в голубой лагуне у берегов Крита, а в маленьком квартале Нью-Йорка.

Гари Олдман, Жан Рено и Натали Портман — актеры, на которых, по существу, держится действие известной картины про наемного убийцу. Плохой полицейский, характерным жестом закидывающий голову в наркотическом кайфе, и хороший киллер, по-детски серьезно выпивающий стакан молока на ночь, деловой и бесстрастный Нью-Йорк и выходящая за рамки рационального музыка Эрика Серра, детство и смерть — контраст, который заложен и в главном конфликте картины, и, как хочется думать режиссеру, в каждом из нас.

Хотя картина не взяла ни одного приза на европейских фестивалях, она стала важным этапом в карьере Бессона-продюсера. С 1994 года Люк Бессон начал сотрудничать с Голливудом, а спустя меньше, чем десятилетие, основал студию EuropaСorp (2000), европейский аналог фабрики грез. Именно в ней в начале тысячелетия были созданы новые массовые фильмы, дополнившие наше представление о том, каким же должно быть современное кино для всех.

Биг бада бум

Но для производства массового кино и не зависимой от Голливуда киностудии нужны были деньги, а, следовательно, Люку Бессону нужно было придумать что-то такое, чего еще не видел свет. И Бессон обратился к своим старым идеям с целлофановыми человечками и битве «предпоследних». Именно в те времена режиссер окучивал замысел космической одиссеи, сказки про далекий двадцать третий век мирской цивилизации.

В итоге получился «Пятый элемент» (1997). Вряд ли существует более изощренная, выстроенная и выверенная до мелочей, по-французски модная и по-американски технически совершенная сказка для взрослых. Еще бы: сценарий для него писал Люк Бессон, снимал тоже он, одежду рисовал Жан-Поль Готье, а носили ее лучшие солисты больших и малых американских кинотеатров — Брюс Уиллис, Крис Такер и снова Гари Олдман. И Мила Йовович, если полагать, что полосочки от Готье на ее теле — это новый модный тренд (как и «божественный язык», и мода на оранжевое, и фирменный юмор от крепкого орешка Уиллиса).

«Пятый элемент», на производство которого потратили около 80 млн долларов, принес 226 млн долларов кассовых сборов. Он был растаскан на цитаты, как «Горе от ума» Грибоедова, стал основой для целого поколения компьютерных игр и комиксов. Честолюбивые мечты Бессона по созданию европейской кинокорпорации сбывались: надо было бы снять еще одну масштабную и прибыльную картину, и Бессон стал бы самым состоятельным в Старом свете деятелем киноиндустрии.

Гостья из прошлого

«Посланница: история Жанны Д’Арк» (1999) — последний фильм Бессона, снятый на «чужой» территории (американская студия «Коламбия пикчерз»). В нем больше, чем где-либо, спецэффектов и трюков ради трюков, и меньше всего самого Бессона. Американские масштабы не подошли для «семейной европейской истории XV столетия» о девушке из Домреми, охваченной видениями и канонизированной католической церковью спустя 500 лет. Жанна Д’Арк слишком сильно напоминала Лулу из «Пятого элемента», а Олдмана или Уиллиса, способных на себе вынести картину, рядом не оказалось. Не помогли приглашенные мега-звезды старшего поколения, Фэй Данауэй и Джон Малкович, которые своей игрой усложнили и без того непростую ситуацию.

Собственно, откровенный провал «Посланницы» стал поводом для Люка Бессона подтвердить слухи о своем уходе и на время отказаться от съемок кино. «Слишком тяжело все дается», — прокомментировал он свое желание заниматься только продюсерской и изредка авторской деятельностью.

Восход Европы

Наступление нового тысячелетия в мире праздновалось по-разному: кто-то подводил итоги своей деятельности, отправлялся в последнее турне, кто-то собирался старым составом и пел давно забытые шлягеры 1970-х гг., кто-то анонсировал масштабные проекты, а Люк Бессон соединил свои средства со средствами Пьера-Анжа Ле Погама, давнего партнера по «Гомону» (Gaumont). И организовал EuropaСorp.

Сегодня студия французского кино занимается кинопроизводством, распространением видео, его продажами, продажами международных прав на все продукты студии, производством музыкальных и книжных изданий и рекламы. С 2000 года Люк Бессон номинально был продюсером более 50 продуктов студии. Среди произведений мирового кино, к которым он приложил руку, «Багровые реки-2: Ангелы апокалипсиса», «Бандитки», «13 район», «Фанфан-тюльпан», «Не уходи», «Такси — 2, 3, 4», «Быть Стенли Кубриком», «Перевозчик 3»…

В 2004 году Бессон объявил о своем скором возвращении в качестве режиссера с новой мелодраматической комедией, посвященной Парижу и всем возлюбленным («Да здравствует любовь!»). Речь шла о черно-белой псевдо-ретро-картине «Ангел-А» (2006), в которой сыграли Ри Расмуссен и Жамель Деббуз.

Европейские критики, жадно ожидавшие от некогда модного французского режиссера чуда, готовы были разнести картину в пух и прах. Но по новой концепции Люка Бессона, «Ангел-А», как лента, представляющая в первую очередь новое массовое кино, и не должна была претендовать на оригинальность и чудо. Не такими были его задачи: для авторского кино есть своя поляна, где есть место экзотическим фруктам, но Бессон ушел оттуда! А вот хорошее массовое кино, такое как «Ангел-А», можно и нужно производить в большом количестве, выталкивая на периферию слишком пафосное, прямолинейное, пустое и скучное американское кино.

В гостях у сказки

Вкладываясь в самые разные проекты студии, Бессон не забыл и о главной части зрительской аудитории — детях. В конце концов, сказка для взрослых далась ему легко и принесла огромные дивиденды. Посему в 2007 году стартовал смешанный анимационно-игровой 3D проект про мальчика Артура и его приключения в сказочной стране.

Трилогия «Артур и минипуты» (2007), «Артур и месть Урдалака» (2009) и «Артур и война двух миров» (2010) снималась Бессоном по собственной серии книг для детей. Количество задействованных звезд в последнем проекте Бессона впечатляет – это и Мадонна, и Роберт Де Ниро, и Дэвид Боуи, и Милен Фармер…

Впечатляет и умение Бессона оказаться в самом центре моды — из всего увиденного и услышанного он создал то, что только начинало входить в мейнстрим — сегодня это трехмерные фантастические фильмы, поскольку обычными мультфильмами с «живыми людьми» (как это было в «Кто подставил Кролика Рождера?») уже никого не удивишь.

Реакция на детскую серию была неоднозначной — уже не критики, а сами зрители раскололись на два противостоящих лагеря. Одни утверждали рождение нового европейского детского режиссера, оригинального и чуткого, понимающего детей, их желания, психологию, их требования и вкусы. Другие окрестили каждую часть в отдельности и всю трилогию в целом — бредом, набором общих мест, цитатником великих произведений, сборником чужих открытий. Сказка по-бессоновски оказалась нежизнеспособной и даже попросту неинтересной.

Видимо, истина где-то рядом, но не нам дано ее постичь. О глубине авторского замысла (или заблуждений) и степени проработанности (недоработанности) новых сказочных проектов можно будет окончательно сказать по последнему, чисто режиссерскому проекту Люка Бессона — картине «Необычайные приключения Адель» (2010, российский релиз – 22 июля 2010).

Лозунгом для этой сказки режиссер скромно выбрал выражение еще одного (русского) гения о том, что «мир спасет красота». Кажется, Люк Бессон опять начал спасать мир, чего не делал со времен «Жанны Д’Арк». Тогда это ему удалось с большим трудом.

FacebookTwitterGoogle+VKPinterestEvernoteBlogger PostОтправить